Книгa священника Александра Захарова

ПРИЛОЖЕНИЕ К КНИГЕ К КОМУ НАМ ИДТИ

(Четвёртое издание, стр. 565-568)


  Санкт-Петербург 2008




Приложение №1
Характеристика (Копия)

Захарова Александра Васильевича;
окончившего 10-в класс 342 школы
г. Ленинграда в 1973 году,
1956 года рождения,
русского, не комсомольца.

Захаров Александр с начала года учился без особого желания, хотя имеет хорошие способности к учебе, особенно к предметам гуманитарного цикла. Увлекается музыкой, любит читать. Во втором полугодии учился лучше, чем в первом. Добросовестно готовился и успешно сдал экзамены.

Проявлял интерес к политической жизни страны. Участвовал в политинформациях, посещал лекции по международному положению, выписывал молодежные газеты.

Во всех делах класса охотно участвовал: общественнополитических, культурно-массовых, трудовых.

По характеру тихий, скромный. По душе добрый, деликатный. Общителен. Любит товарищей. Со старшими вежлив и в школе, и дома.


Приложение №2
Служебная характеристика (Копия)

На ефрейтора
Захарова Александра Васильевича,
1956 года рождения,
члена ВЛКСМ с 1975 года, русского,
в Советской Армии с ноября 1974 года
по ноябрь 1976 года.

За время прохождения службы в в/части 93810 ефрейтор Захаров А.В. зарекомендовал себя не дисциплинированным воином, склонен к употреблению спиртных напитков и нарушению воинской дисциплины. К повышению своих специальных и технических знаний относился плохо. К подготовке и вводу в строй молодых специалистов относился недобросовестно и принимал очень слабое участие. На замечания старших товарищей и командиров реагировал неправильно и правильных выводов не делал. В системе политических занятий успевал удовлетворительно и принимал слабое участие в обсуждении вопросов семинарских занятий. В общественной жизни подразделения принимал слабое участие. Деловым авторитетом среди командиров и начальников не пользовался. Физически развит плохо и к занятиям по физической подготовке относился недобросовестно. За время службы имел ряд взысканий за употребление спиртных напитков и халатное отношение к выполнению воинского долга. По характеру ленив. Имеет склонность к рисованию и черчению. Военную и государственную тайну хранить умеет. Политику партии и правительства понимает правильно.


Приложение к Приложению №2

Что касается моей склонности к рисованию и черчению, то здесь верно лишь первое – к рисованию. Чертить, хотя и приходилось тоже, но без склонности к тому, без души.

Что касается плохого моего физического развития и недобросовестного отношения к физической подготовке – здесь более или менее верно лишь второе. Хотя именно в армии я впервые вкусил радость хорошего, добротного физического труда (до армии загружаться физически как следует не доводилось), но относился я к занятиям по физподготовке, да и к прочим физическим работам действительно не с полным вниманием и без должного усердия. (Отчасти причины сего отражены в "Исповеди".)

Что же касается первого – плохого моего физического развития – здесь в лейтенанте Микуличе, писавшем данную характеристику, явно сказалась инерция: "уж плевать, так уж плевать". Хотя я и не хочу выдавать себя за Геракла, но не хочу оставлять в читателях и искаженного о себе представления как об этаком немощном теляте. После армии я 13 лет отработал не художником и не чертежником с кистью или карандашом, а бульдозеристом с ломом и кувалдой и нареканий на слабосильность не получал даже и при своей, еще в армии нажитой, язве желудка... Впрочем, я не в претензии к хорошему в общем-то, доброму человеку лейтенанту Микуличу. Не обижаюсь я на него за эту маленькую необъективность: я стоил ее, стоил и более недоброго к себе отношения. Немало крови я попортил и ему, и старшим лейтенантам Повалихину и Молодцову, которых сегодня вспоминаю с благодарностью. Которые все – хорошие люди, но которым я тогда вымотал немало нервов. Их нервы – и мое пьянство (...язва мною заработана заслуженно), и нарушения воинской дисциплины (самовольные отлучки и прочее), и нереагирование на их замечания, и, естественно, гауптвахты, и все остальное, что верно отражено в этом описании моего тогдашнего морально-физического облика.

На лейтенанта же Микулича, составившего его, мне тем менее причин обижаться, что он, то ли раскаявшись в своей необъективности, то ли еще отчего-то, но тут же самым неожиданным образом решил ее поправить. И поправил даже чересчур. Я говорю о последних двух предложениях моей характеристики. Мне дорого доброе обо мне мнение (тем паче, что его так немного обо мне тогда было), но Истина мне все же дороже. В последних же двух предложениях против Нее явно погрешено. Лейтенант Микулич явно польстил мне, заверяя в моем умении хранить военную и государственную тайну. Все причины сего умения заключались лишь в том, что у меня этих тайн никто не покупал, да и не знал я ничего, что стоило бы покупать-то. В противном случае, я дожил тогда уже до того, что за стакан готов был продать кого угодно и что угодно. До политики партии и правительства мне в те годы было – очень хорошо помню – как до лампочки. И разбирался я в ней, как, извините, свинья в апельсинах.

Это что касается автора данной книги в прошлом. Если же у кого-то из читателей появится желание познакомиться с ним сегодняшним, это можно сделать в храме во имя святых Царственных страстотерпцев в поселке Сологубовка Кировского района Ленинградской области.


 

  • Литература
  • 1) Высокопреосвященнейший Иоанн, митрополит С.-Петербургский и Ладожский. Самодержавие духа. СПб., 1994.

    2) Свящ. Павел Флоренский. Сочинения. Т. I. М., 1994.

    3) Ключевский В.П. Курс русской истории. Т. III. М., 1937

    4) Свящ. Иоанн Дмитриевский. Жизнь и смерть. Харьков, 1916.

    5) ротоиерей Родион Путятин. Полное собрание поучений. СПб., 1884.

    6) Высокопреосвященнейший Иоанн, митрополит С.-Петербургский и Ладожский. Голос вечности. СПб., 1994.

    7) Достоевский Ф.М. Полное собрание сочинений. Т. 11. СПб., 1895.

    8) Дикий А.И. Русско-еврейский диалог. Нью-Йорк, 1971.

    9) Нилус С. Близ есть при двeрех. Сергиев Посад, 1884.